Поперечное мнение 15.01.2015 | ВЫПУСК №25, ЯНВАРЬ 2015

ТЕЛЕРЕМЕСЛО

Шрифт

Бытует теория, будто власть над землянами принадлежит узкому кругу лиц. Их, дескать, можно пересчитать по пальцам, но именно они и вершат судьбами человечества. Эта схема мироустройства, с одной стороны, привлекательна своей простотой, с другой стороны, вульгарна, а потому уязвима к критике…

А что, если применить данную теорию к телевидению? Упростить, пожертвовать деталями, но перечислить пофамильно тех, кто рисует политическую картину мира, формирует мировоззрение граждан России. Не всех, конечно, но наиболее активных — зрителей передач «социально-политической проблематики».

Итак, перечислим: Познер, Толстой, Киселёв, Брилёв, Соловьёв, Пушков, Минаев, Бабаян, Норкин. Действительно, хватило пальцев двух рук, и даже один остался неиспользованным... Однако если учесть статус канала, широту охвата, периодичность, хронометраж и место в программной сетке, особый профессиональный интерес вызывают Владимир Соловьёв и Пётр Толстой. Именно эти телеведущие наиболее влиятельны в самом прямом смысле данного определения — они сильнее воздействуют на общественное мнение.

Конечно, есть те, кто принципиально не смотрит ТВ, существует и немалая интернет-аудитория. Но всё же статистическое большинство взрослых людей, интересующееся политикой — адресаты Соловьёва и Толстого. Можно быть их поклонниками или антагонистами, но, будучи политизированным телезрителем, вы неизбежно становитесь объектом их воздействия. Влиять на вас будут и опосредованно — через выбор темы, отбор участников программы, принципы модерирования; и напрямую — собственными суждениями и оценками.

Толстой и Соловьёв, кажется, кардинально отличаются друг от друга. И по стати: Соловьёв маленький, коренастый, Толстой наоборот высокий, крупный. И по родословной: один постоянно и несколько навязчиво подчёркивает свои еврейские корни, другой напоминает о генеалогии названием передачи «Толстой. Воскресенье». Один какое-то время жил и трудился в США, другой был связан учёбой и работой с Францией… Но сколько же общих черт в подходе к телеремеслу! Как удивительно сходны их профессиональные приёмы. И первое, что хотелось бы отметить, — интонация, манера.

То и дело Владимир Рудольфович иронично вставляет свои «пять копеек», это у него такой способ прервать гостя, передать слово другому и заодно напомнить зрителям о своём присутствии.

Когда вам становится ясен принцип, когда вы знаете заранее, что очередная реплика ведущего будет натужно ироничной, зрелище превращается в пытку. О чём бы ни шла речь, какие бы темы ни обсуждались, Соловьёв обязательно ввернёт что-нибудь саркастическое. Гость студии может пылко что-то доказывать, но его, скорее всего, оборвут, снизят пафос неуместной фразочкой, репризой, насмешливой или даже глумливой.

Вообще, ирония — острый риторический приём, пользоваться которым не в меру или, не обладая достаточным чувством юмора, опасно. Человек, назойливо иронизирующий, в какой-то момент начинает выводить зрителей из себя. Хочется ответить ему резкостью, потребовать сменить тон, призвать к простоте, ясности, искренности.

У Соловьёва проблема усугубляется тем обстоятельством, что Владимир Рудольфович, судя по всему, считает себя не просто артистичным человеком, но прямо-таки «актёр актёрычем». Исходя из этого ложного посыла, он начинает щедро дарить себя публике: примеряет маски, меняет голосовые регистры, входит в раж, иногда превращая передачу в бенефис провинциального артиста оперетты.

Однако Соловьёв не просто модератор. Кроме коротких реплик иногда следуют и монологи, «оценочные суждения». Именно в эти моменты откровений наиболее полно проявляется его мировоззрение, которое, кстати сказать, во многом схоже со взглядами автора этой статьи, за исключением ритуальных антисоветских выпадов ведущего канала «Россия». Но в данном случае речь идёт не о политической позиции, а о деталях телеремесла.

В этой связи следует отметить, что последний год прошёл на ТВ под знаком Украины. События, происходящие там, стали ключевой темой политических передач, а значит, мы неизбежно должны оценивать форму и содержание исследуемого телепродукта, как элемента информационной войны.

И вот, если посчитать данное обстоятельство точкой отсчёта, оставить прекраснодушные иллюзии времён «плюрализма и гласности», логичен вопрос: насколько преуспели главные каналы страны в информационной войне? Действенно ли они манипулировали сознанием аудитории и какой цели добивались? Обеспечить поддержку действий российской власти? Убедить аудиторию в целесообразности воссоединение с Крымом и неприсоединения Донбасса?

Пожалуй, так. Отметим, однако: с Крымом никого особо агитировать было не нужно, а вот убедить российское общество, что схема присоединения Крыма неприменима к Новороссии, задача более сложная. Возможно, именно для её решения Соловьёв нещадно эксплуатировал драматургические штампы, генерируя конфликтные ситуации в студии.

Вообще наше телевидение пребывает в уверенности, что без «драматургии», «конфликта», зритель смотреть его не будет.

ТВ стремится быть динамичным, «смотрибельным». Параллельно с решением пропагандистских задач оно продолжает бороться за рейтинг. И зритель, по существу, становится жертвой телеканалов, азартно воюющих на коммерческих и идеологических фронтах. Вместо спокойного, заинтересованного, квалифицированного разговора о важнейших для нашей страны проблемах, мы получили бесконечный базар, крикливые разборки на лестничной площадке, информационный шум…

 Посмотрите, прислушайтесь к гостям телестудий — эксперты сходу берут надрывную нервную ноту, потому что знают, сейчас их обязательно одёрнет ведущий, даст неуместный язвительный комментарий, перебьёт. Да и напротив стоит какая-нибудь одиозная фигура, тут уж не до здравого анализа. Вот, например, в программе Толстого гостем оказался непосредственный участник майских событий в одесском Доме профсоюзов, Алексей Гончаренко. Этому субъекту сидеть бы в соседней камере с «лётчицей» Савченко, у него руки, что называется, по локоть в крови, а он тут, на Первом канале — полемизирует с оппонентами, пиарится…

А у Соловьёва главным участником эфиров, посвящённых Украине, вот уже целый год — Владимир Жириновский… Подождите, у нас информационная война или как? Неужели не понятно, что каждое его появление на экране даёт незаменимый материал для украинской контрпропаганды? Жириновского ведь там разбирают на цитаты и пугают перед сном маленьких детей... Но Соловьёву он обязательно нужен, потому что рецепт успешного ТВ предполагает наличие «чего-нибудь остренького». На худой конец, навязшего в зубах, примитивного западоида Станкевича.

Кстати говоря, такой профессиональный пропагандист, как Владимир Познер, почему-то умел обходиться без этих пряностей. Безотносительно к политическим воззрениям, следует это отметить. Познер, например, умел общаться спокойно, даже вкрадчиво, собственно, его манипулятивные приёмы на этом и основаны.

Естественно, речь не идёт о том, чтобы призвать Соловьёва умнее манипулировать нами. Дело в другом — звёзды политического эфира излишне самонадеянны, кажется, они напрочь утратили критичность к собственным персонам, самоиронию, живут в каких-то профессиональных шорах...

Есть темы и исторические моменты, когда искусственные драматургические приёмы не только не работают, но и имеют опасные последствия. Например, минувший телевизионный год привёл массового зрителя в состояние невроза, хотя вряд ли создатели политических программ ставили перед собой такую задачу.

Нас методично подогревали творящейся на Украине несправедливостью, будоражили ужасами войны и, попрощавшись до следующих встреч, оставляли один на один с гремучим набором впечатлений, эхом звучащего в голове скандала, искусно разогретого в студии.

Здесь хочется процитировать известного психолога Ирину Медведеву, которая в связи с темой ТВ, сформулировала проблему очень точно: «Бессильная ярость — самое разрушительное для человека чувство».

Что ж, именно это чувство и возбуждают в нас настойчиво и последовательно. Отметим, что в профилактике неврозов первым пунктом рекомендуется «предотвратить психотравмирующие влияния». Не отстраниться от проблем, не стать бессердечными и равнодушными, а вовремя воспользоваться пультом телевизора.

Они от нас, зрителей, этого дождутся. И процесс, кажется, уже пошёл.

Олег Пухнавцев